Перед тем как разместить статью о ветеране- подводнике Л.Н. Столярове я получил вот такое сегодня письмо- "Вячеслав Николаевич, обратите внимание на характеристику Столярова от Владимира Николаевича Чернавина и его же рассказ о Щедрине. Меня это трогает потому что со Столяровым я был знаком и периодически общался, а Щедрин принимал нас 22-х лейтенантов, некоторых с жёнами на Камчатке в качестве Командующего Камчатской Военной Флотилии. Так ещё ни до, ни после на моей памяти о молодых лейтенантах не заботился. Он пригласил нас на заседание Военного Совета, где были наши будущие подводные начальники для короткой беседы и напутствия, но при этом доставка с причала на совет и обратно на другой причал перевозка багажа женщин и детей осуществлялась на "газиках" участников военного совета, а доставка всех в Тарью на ПСК командира дивизии ПЛ. В Тарье на причале почти ночью нас встетили трое дежурных по бригадам и в течении часа всех разместили на ночлег в служебных помещениях и каютах плавбаз. Были же люди! С уважением Владлен. ( P/S/Контр-адмирал ,командир подводного ракетоносца К-182)

 Герой Советского Союза Лев Николаевич Столяров,подводник ,наставник.
Лев Николаевич Столяров не был подготом, выпускник ТОВВМУ им. С.О.Макарова стал начальником Ленинградского нахимовского училища с января 1979-го по сентябрь 1990-го года.
  Из аттестации 1989 г.: «Училищем руководит уверенно, пользуется большим авторитетом и любовью у воспитанников-нахимовцев. Хороший педагог, умело использует свою богатую морскую практику для воспитания любви к морской службе, обладает для этого хорошими методическими данными и личным опытом образцовой службы
. Уставную требовательность к воспитанникам сочетает с отцовской заботой об их быте, хорошо знает настроение обучаемых, у воспитанников к нему доверительное отношение». - Т.В.Полухина. Военные моряки - Герои подводных глубин (1938-2005). - М.: Кучково поле, 2006. Об этом периоде деятельности Л.Н.Столярова еще предстоит рассказать, это будет, надеемся, коллективное повествование представителей выпусков питонов, которым дал путевку в жизнь Лев Николаевич.



Сейчас же рассказ о подводнике Столярове, Герое Советского Союза.

ОРБИТА СТОЛЯРОВА. - Из книги Владимира Чернавина «АТОМНЫЙ ПОДВОДНЫЙ…». М.: Андреевский флаг, 1997.
Второй атомной подводной лодкой группы, совершавшей переход по "большому кругу", командовал, как я уже упоминал, капитан 2 ранга Лев Николаевич Столяров. Командиром перехода был назначен командир соединения атомных подводных лодок контр-адмирал А.И.Сорокин. Если с капитаном 2 ранга В.Т.Виноградовым, командиром флагманского корабля, я был знаком по совместной службе на дизельных подводных лодках, то со Столяровым нас связывали служба на одном атомоходе, хорошие товарищеские отношения и даже соседство в течение нескольких месяцев по квартире.
Во время постройки корабля в Северодвинске нам на три семьи дали четырехкомнатную квартиру. Две комнаты были выделены мне как командиру, третья — Льву Николаевичу как моему помощнику, четвертую занимал командир дивизиона с соседнего атомохода.
Но в стенах общего жилища мы встречались редко. Старательный, добросовестный, искренне преданный службе, Лев Николаевич стремился максимум времени проводить на корабле с личным составом. Утром он убегал на службу раньше меня, а вечерами, уже после окончания занятий и работ на атомоходе, засиживался в казарме. Была у него "слабость" — любил поговорить с моряками. Зайдешь к нему в каюту и чаще всего видишь такую картину: сидит нахмуренный Столяров, курит, трет ладонью колено, а перед ним кто-либо из моряков исповедуется, порой со слезой на глазах.
Моряки уважали и любили помощника, несмотря на его строгую требовательность, и если что-то случалось, то сами шли к нему на откровенный разговор. Знали, что поблажек от помощника не дождешься, но то, что он поймет, поможет, ни у кого не вызывало сомнений. А это очень важно в работе с людьми. Не поблажек они ждут от своих командиров, а понимания, справедливости, умения прийти на выручку в сложных жизненных ситуациях.
Казалось бы, немудреное житейское дело. Но, к сожалению, этот естественный контакт с подчиненными далеко не всем командирам дается легко. А без такого контакта нет у командира настоящего знания экипажа, ощущения его настроя, того духовного единства, которое позволяет легко справляться с повседневными проблемами.



М.И.Гаджиев, Г.И.Щедрин.

Офицеры-подводники по самой специфике их службы находятся в постоянном и предельно тесном контакте с личным составом, особенно в море. Пожалуй, лучше всего об этом сказал Герой Советского Союза Магомет Гаджиев: ни у кого нет такого единства перед подвигом и смертью в бою, как у подводников, — если побеждают, то побеждают все, если погибают, то погибают тоже все. Так было во время войны, а опыт военных лет для нас, первых атомников, часто оказывавшихся, как и фронтовики, в экстремальных ситуациях, был особенно важен. Во всех проявлениях, скажем, как воспитатель подчиненных, особенно был интересен для нас Григорий Иванович Щедрин.
Помню, первые его книги, рассказывающие о боевых делах прославленной подводной лодки, мы просто проглатывали. Сила Щедрина была, прежде всего, в умении работать с подчиненными. Даже в самом повествовании автора чувствовалась его способность, стремление постоянно видеть роль своих подчиненных во всем, что он, как командир, обдумывал, решал, проводил И это не фон боевой деятельности командира. Экипаж у него — он сам, его продолжение, его мускулы, нервы, чувства, мысли. Ходили, как это бывает во флотской среде, даже своеобразные легенды о необыкновенной памяти Щедрина на людей. Мол, и сейчас он не только по фамилии, имени может назвать каждого своего бывшего подчиненного, но даже тонкости биографий моряков С-56 по-прежнему отчетливо помнит. Наверное, память действительно у знаменитого советского подводника, потопившего 14 вражеских кораблей и судов, необыкновенная, но не отнять у него и необыкновенно внимательного, чуткого отношения к людям.
Я потому так подробно упоминаю Щедрина, что Столяров, несомненно, обладал таким же особым даром жить заботами и чувствами своих подчиненных. Как-то мы встретились с ним в Ленинграде, когда он уже был начальником Нахимовского училища.
— Наконец-то, Лев Николаевич, ты поставлен на дело, для которого рожден, — пошутил я. Пошутил, потому что и командовать кораблем он тоже был рожден, но должность начальника училища, да еще Нахимовского, более всего позволяла раскрыть его воспитательский талант.
Столяров только улыбнулся.
— А ведь действительно интересно. Мальчишки — вся судьба впереди, и знаешь, что определить в этой судьбе можешь многое.



Продолжение следует.