Обиду членов экипажа, особенно срочной службы. понять можно. Они восприняли деловой заход К-27 в Западную Лицу, как возвращение домой из похода, а он был связан только со срочной необходимостью возвращения в 11-ю дивизию ее начальника штаба капитана 1 ранга А.П.Михайловского. Недаром на причал прибыл начальник штаба 1-й флотилии контр-адмирал Кичев для всречи с Михайловским, на которой он поставил ему новую срочную задачу, ввел Михайловского в курс дела и заодно сообщил, что командир 11-й дивизии Н.Ф.Рензев (а не командующий флотилией, как у автора) получил звание контр-адмирала.
Что касается похода К-27, то он заканчивался в Гремихе, там ее ждали и готовили встречу, как героев, связанную не со сложностью и уникальностью похода, а с освоением в походе новой техники, которой являлась опытовая главная энергетическая установка К-27.
Жаль, что экипажу заранее никто не объяснил цель захода в Западную Лицу.
А.П.Михайловский совершенно правильно и закономерно, прощаясь с экипажем как старший на походе, поблагодарил людей за совместное плавание. Что касается остального командования 1-й флотилии, они, конечно, знали и, вероятнее всего. выпросили у флота заход К-27 в Западную Лицу для срочной доставки НШ 11-й дивизии, для более качественной подготовки к походу "сырого" экипажа 675 проекта под командованием капитана 1 ранга Виноградова, но ни о каком чествовании К-27 не помышляли. Об особенностях похода К-27 в 1-й флотилии и понятия не имели, ибо это никак не входило в их обязанности.
Подводные лодки 1-й флотилии, возвращавшиеся с боевой службы в лучшем случае встречало командование дивизии, и только летом 1967 года К-104, где я служил помощником, встретил командующий флотилии вице-адмирал А.И.Сорокин, который сказал, что экипаж К-104 хорошо отдохнул в Атлантике, тогда как вся флотилия выдержала тяжелейшую инспекторскую проверку, поэтому К-104 вместо отдыха пойдет на Белое море обеспечивать выполнение ракетных стрельб силами главных командных пунктов и ракетных расчетов с других кораблей.
Вообще существовала в ВМФ СССР практика, когда об особенностях походов и деятельности кораблей даже соседних соединений, не говоря уже о других базах, моряки узнавали из приказов о наказании за аварийные происшествия и редко из листовок политуправлений флотов, связанных с достижениями в соцсоревнованиях.
А командованию 1-й флотилии при заходе К-27 мечталось не о новых званиях, орденах и лампасах, а о том, чтобы решить сложнейшую задачу подготовки двух разнородных кораблей с еще достаточно "сырыми" экипажами к сложнейшему переходу на ТОФ через опасный из-за айсбергов пролив Дрейка да еще и уложиться в назначенные сроки.
P.S.Как автор книги благодарен ув. контр-адмиралу в отставке Владлену Васильевичу Наумову за его комментарий.Хочу только добавить,что события которые могли иметь место при возвращении апл К-27 с Средиземного моря в сентябре 1965 описаны на основании воспоминаний членов экипажа из числа офицеров-подводников.Что касается обиды членов экипажа,то я бы ее в первую очередь отнес к офицерам,сверхсрочникам которых с нетерпением ждали в Гремихе жены.дети,а не к матросам,старшинам срочной службы,которых ждал кубрик, отдых в санатории, отпуск на родину и демобилизация у тех кто завершил свою службу.
Борьба с коррупцией приобрела анекдотический характер. Власть занесет всех взяточников в черный список. Но гражданам его не покажет. Будет ли действительно так плохо чиновникам-взяточникам, как об этом говорил президент?