В середине июня 1973
года, гвардейская ракетная атомная подводная лодка К-56 вышла на
испытательные ракетные стрельбы. Экипаж был сборный, наш – гвардии
капитана 2 ранга А.И.Четырбока и капитана 2 ранга Хоменко. Командовал
лодкой Хоменко, старпомом был назначен капитан 2 ранга Петров с этого же
экипажа. Наш старпом, капитан 3 ранга Геннадий Горохов, в море не
пошел. В полном составе вышел в море главный командный пост и ракетчики
экипажа Хоменко. Были флагманские офицеры со штаба дивизии во главе с
заместителем командира дивизии капитаном 1 ранга Лениславом Сучковым.
Отстрелялись и пошли в базу. С вечера после ужина 13 июня я заступил на вахту у радиолокационной станции РЛК-101. Перед самым выходом в море к нам, в БЧ-4РТС, прибыл с училища молодой лейтенант Абрамов и тем самым заполнил вакансию командира радиотехнической группы. Это был его первый и последний выход в море. Командирскую вахту на мостике нес Петров и рулевой гвардии старший матрос Кузнецов. На рулях, в центральном посту, сидел мой одногодок Белоусов, мы уже в первом выходе в море сдали зачеты на самостоятельное управление боевым постом. Нести вахту нам доверяли. Где-то после 23 часов прошла команда с мостика по «Каштану» выключить РЛК-101.
По инструкции, в надводном положении я перехожу на боевой информационный пост (БИП), который размещался в районе перископной площадки центрального поста (ЦП). Лейтенант Абрамов пошел со мной. Мы сидели на БИПе и заносили данные в планшет. Мне было 20 лет, ему 22, разница небольшая, мы разговорились. Я ему о себе, он про себя стал рассказывать и почему-то очень подробно, от рождения до прихода на наш корабль и даже очень откровенно про личную жизнь, как говорится, всё, как на духу. Оказалось, это была как бы исповедь перед смертью.
Отстрелялись и пошли в базу. С вечера после ужина 13 июня я заступил на вахту у радиолокационной станции РЛК-101. Перед самым выходом в море к нам, в БЧ-4РТС, прибыл с училища молодой лейтенант Абрамов и тем самым заполнил вакансию командира радиотехнической группы. Это был его первый и последний выход в море. Командирскую вахту на мостике нес Петров и рулевой гвардии старший матрос Кузнецов. На рулях, в центральном посту, сидел мой одногодок Белоусов, мы уже в первом выходе в море сдали зачеты на самостоятельное управление боевым постом. Нести вахту нам доверяли. Где-то после 23 часов прошла команда с мостика по «Каштану» выключить РЛК-101.
По инструкции, в надводном положении я перехожу на боевой информационный пост (БИП), который размещался в районе перископной площадки центрального поста (ЦП). Лейтенант Абрамов пошел со мной. Мы сидели на БИПе и заносили данные в планшет. Мне было 20 лет, ему 22, разница небольшая, мы разговорились. Я ему о себе, он про себя стал рассказывать и почему-то очень подробно, от рождения до прихода на наш корабль и даже очень откровенно про личную жизнь, как говорится, всё, как на духу. Оказалось, это была как бы исповедь перед смертью.
